Круг ворона

БЕС — злой дух, демон. В народной демонологии славян представления о Б. развивались под влиянием церковно-книжной традиции и сближались с поверьями о черте.

В памятниках древнерусской литературы («Слово о законе и благодати» митрополита Илариона, XI в.) и летописях к «бесам» оказались причислены высшие и низшие языческие божества, и слово «бес» могло иметь значение «языческий бог», «идол» (изображение божества). В житиях, повестях, заклинательных молитвах Б. выступают как нечистые злые духи, соблазняющие человека и наносящие ему физический и моральный вред (вызывают болезни, кликушество, пьянство, вводят в блудный грех). Б. обычно описывался как существо черного (синего) цвета, ср. рус. черный, синец‘бес, черт’; Б. мохнатый, крылатый, хвостатый, на руках и ногах — когти, распространяет вокруг себя дым и смрад. Может явиться в образе зверя, змея, черного пса, медведя, волка, воина, монаха, инородца (эфиопа, поляка, литовца), скомороха, иногда — ангела, даже Иисуса Христа. Иконографические изображения Б. подчеркивают его зооморфный облик (крылья, хвостик, птичьи лапы) и особо — остроконечную голову и волосы «шишом» (ср. рус. диал. шиш, шишко‘черт’). В русских памятниках XVII в. встречаются изображения Б. с гипертрофированными гениталиями.

Бесы и колдуньи наводят порчу на людей. Роспись середины XIX в. в церкви Рождества Богородицы в Рильском монастыре (Болгария)

В житийной литературе и заклинательных молитвах представлен перечень способов изгнания Б., вселившегося в человека: святой сковывает (связывает) беса, бьет, изгоняет в пустыню (в морскую глубину, в преисподнюю), заключает в замкнутом пространстве (в пещере, в горах, в яме, в сосуде).

В народной демонологии сохранились представления о Б. как о персонаже, отличном от черта, дьявола и беса книжной традиции. У восточных славян слово бесы служит для обозначения всех демонологических персонажей или для называния отдельных категорий духов: рус. бес полуденный — полудница, бес во дворе — домовой, бес-волосатик— леший; укр. польови бiс — полевик. У кашубов «бес» — антропоморфный злой дух высокого роста с огромными стопами. Польские пастухи называют Б. злых духов в зверином облике. Существует также польское поверье о «белых бесах», обитающих в «верхнем» мире (в отличие от подземных духов — «страхов»). У болгар сохранились представления, по которым Б. - это злой дух, умерщвляющий собак, или дух болезни, передающейся человеку при укусе больной собаки. У сербов существует поверье о Б. как о демоне, вселяющемся в людей и животных и вызывающем бешенство (Косово). Б. называются великаны в сербских и болгарских легендах.

Лит.: Рязановский Ф.А. Демонология в древнерусской литературе. М., 1915; Белова О.В. Бесы, демоны, люцыперы… // Живая старина. 1997. № 4. С. 8–10.

О.В. Белова

БОГИНКА — женский мифологический персонаж, вредящий роженицам, беременным женщинам и обменивающий детей. Представления о Б. известны в Польше, на польско-украинском и польско-словацком пограничье.

Б. чаще всего представляют в виде нескольких (обычно трех или двенадцати) безобразных женщин, высоких, худых, бледных, с отвислыми грудями, вздутым животом и распущенными длинными волосами. Им приписывают зооморфные черты — гусиные, куриные или собачьи ноги, зубы в виде свиных клыков, крючковатый нос. Реже Б. имеют вид красивых молодых девушек. Б. могут принимать облик собак, кошек, лягушек, иметь вид тени, тумана или пара, поднимающегося над водой.

Обычно полагают, что Б. происходят из «нечистых» покойников: самоубийц, женщин, умерших во время родов или в послеродовой период до введения в костел, девушек, умерших до свадьбы, детей, умерщвленных своими матерями, ведьм, грешников, старых дев. Ими становились также дети и женщины, украденные Б.

Б. обитают около водоемов, в подводных ямах, на болотах, в норах, пещерах, оврагах. С весны до осени они живут в прибрежных зарослях, а на зиму уходят под воду. Временем, когда Б. наиболее опасны, считается полдень, ночь, а также время после захода солнца. Из дней недели наибольшая активность Б. приходится на субботу.

Основное занятие Б. - нападать на беременных, рожениц, а также женщин в период послеродового очищения, не совершивших обряд введения в костел. Появляясь под окнами дома, Б. зовут женщину по имени, привлекают танцами и пением и, выманив из дома, похищают ее, мучают, таскают по полям, бьют, измазывают грязью, сосут ей груди, выворачивают руки. Б. насылают на рожениц порчу и болезни, отнимают у них молоко. Беременных женщин Б. давят во сне, вынимают у них ребенка из утробы, выкармливают его своим молоком и превращают в демона, а женщину топят. Б. подменивают детей, особенно некрещеных (см. Дети некрещеные), рожденных вне брака, оставленных без присмотра, и превращают их в демонов, заставляя служить себе.

Б. могут нападать и на других людей, особенно на путников, которых сбивают с дороги и заводят в чащу, где убивают, топят или щекочут до смерти. Они особенно не любят мальчиков, которых стараются утопить, зато к девочкам бывают благосклонны, стирают им одежду и расчесывают волосы. Поляки полагают, что Б. могут вредить и скоту, гонять и пугать лошадей, заплетать им гривы.

Б. могут и сами рожать детей, обычно девочек; если рождается мальчик, он становится водяным. Мужьями Б. становятся обольщенные ими мужчины; иногда полагают, что они могут зачинать детей без мужей, оплодотворяясь от ветра.

Согласно поверьям, Б. купаются в водоемах и стирают белье на прибрежных камнях вальками или своими грудями, развешивают его на деревьях. Б. не любят, когда за ними подглядывают, и любопытных убивают вальками. Сидя на берегах, они расчесывают волосы, прядут, а также поют, визжат, бьют в ладоши, танцуют, увлекая прохожих в свой хоровод, чтобы «затанцевать» их до смерти.

Основным оберегом от Б. считался зверобой, который затыкали в окнах и дверях, клали у изголовья кровати женщины и в колыбель младенцу. Для защиты от Б. под голову роженице клали мужской пояс, железный предмет, в пеленку младенцу втыкали иголку, повязывали ему на руку красную ленту, ставили у кровати вилы.

Е.Е. Левкиевская

ВАМПИР — покойник, встающий по ночам из могилы. В. вредит людям и скоту, пьет их кровь, наносит ущерб хозяйству. Представления о В. у славян наиболее развиты на Балканах, к северо-востоку славянского мира они ослабевают. У восточных славян (прежде всего у русских) вариантом В. является «ходячий покойник». На Украине, западе Белоруссии и юге России смешиваются образы В. и колдуна. Упоминания о В. встречаются в древнерусских письменных источниках начиная с XIV в.

В. - это покойники, умершие неестественной или преждевременной смертью: самоубийцы, умершие от ран, от эпидемических болезней, не отпетые, умершие без исповеди. В. становятся развратники, убийцы, скупцы, пьяницы и другие грешные люди, колдуны, знахари и т. д. Южные славяне считали, что с момента смерти до похорон существует наибольшая опасность превращения в В.: если над телом покойника передадут какой-нибудь предмет или на него что-нибудь уронят, если через него перескочит животное или перелетит птица, если на него попадет дождь, если люди, несущие покойника на кладбище, обернутся назад. В ряде случаев считалось, что превращение в В. зависит от судьбы: В. становились люди, зачатые в «злую» минуту, в пост или праздник, родившиеся в сорочке. По южнославянским поверьям, покойник может превратиться в В. в течение 40 дней после погребения. Если за это время В. не будет уничтожен, то от выпитой крови он приобретает силу и может долго жить среди людей, не возвращаясь в могилу.

Чаще всего В. имеет облик конкретного умершего человека, одетого в смертную одежду. От обыкновенного человека его отличает ряд особенностей: поляки полагают, что у него огромный рост, болгары — что у него огромная голова, украинцы считают, что у В. есть хвост. По польским представлениям, у него нет бровей, по болгарским и сербским — носа, по болгарским — хребта и рук. Характерная общеславянская особенность В.: его необычайно красное лицо и глаза. Южные славяне считают, что В. раздут, как мешок, потому что у него вместо тела одна кожа, полная крови. В. может принимать облик любого животного, особенно того, которое перескочило через его тело перед погребением.

В. встает из могилы ночью. После пения первых петухов В. должен возвратиться к себе в могилу. Его нападениям подвержены прежде всего его родные и знакомые, маленькие дети, молодожены, молодые люди брачного возраста, женщины, спящие люди. В. душит свою жертву или выпивает у нее кровь. В. может свести в могилу всю свою семью, отнять здоровье у родных. Поляки и кашубы считают, что В. убивает людей, звоня в колокол или выкрикивая имена: кто его услышит — умирает. Украинцы, сербы и болгары верят, что В. бывает виновником стихийных бедствий, в том числе града, и эпидемий, особенно чумы. На Украине еще в XIX в. были известны случаи сожжения людей, считавшихся В. По южнославянским поверьям, В. сожительствует с женщинами, в том числе со своей вдовой, болгары считают, что он обесчещивает девушек. По сербским верованиям, дети, рождающиеся от связи с В., сами становятся В. или людьми, способными видеть и убивать В. Южные славяне и украинцы считают, что В. вредит также и домашним животным: пьет их кровь, гоняет всю ночь лошадей и коров, отбирает у них молоко. В. разоряет хозяйство: разбрасывает по дому вещи, путает нитки в ткацком станке, разливает воду.

Оберегами от В. служат: огонь, режущие и колющие предметы, специальные заклинания и молитвы. Основным является строгое выполнение предписаний и запретов на похоронах: покойника ни днем, ни ночью не оставляют одного, не гасят свет в доме, изгоняют животных. Чтобы предотвратить перевоплощение в В., у трупа протыкают иглой кожу, рассекают труп на несколько частей и так хоронят, подрезают под коленками жилы, втыкают в пятки острые предметы.

В. старались уничтожить, вбивая в его тело или могилу кол: у восточных и западных славян — осиновый, у южных — терновый. У всех славян могилу, где лежал В., разрывали, отрубали умершему голову и клали ее между ног лицом вниз, у южных славян труп выкапывали и сжигали или перезахоранивали.

Лит.: Власова М.Н. Русские суеверия. СПб., 1998. С. 169–174; Гринченко Б.Д. Этнографические материалы, собранные в Черниговской и соседних с ней губерниях. Чернигов, 1895. Т. 1. С. 93–107; Зеленин Д.К. Очерки русской мифологии. М., 1995.

Е.Е. Левкиевская

ВАСИЛИСК — зооморфное существо, убивающее взглядом или дыханием. Представления о В., восходящие к античным источникам, включались в средневековые бестиарии (сборники описаний различных животных), проникали в фольклорные легенды.

Западные славяне считали, что В. сотворен дьяволом; выглядит как петух, но имеет голову индюка, глаза жабы, крылья летучей мыши, хвост змеи. Иногда В. имел облик петуха с крыльями дракона, хвостом ящерицы, клювом орла. В древнерусских словарях-азбуковниках В. описывается как змей, одновременно имеющий сходство с петухом. В. рождается из петушиного яйца, высиженного жабой, или из яйца, снесенного и высиженного петухом в алтаре (ср. других мифологических персонажей, появляющихся из петушиного яйца, — черта, летающих змеев, домовых духов, приносящих богатство хозяину).

Взглядом В. проникает сквозь стены и обращает все живое в камень, В. и сам умирает, увидев в зеркале свое отражение. Ядовитым дыханием В. отравляет окрестный воздух, убивает птиц. В. обитает в расщелинах скал, пещерах, подземельях, где охраняет клады. Он не нуждается в пище: ему достаточно полизать камень, чтобы утолить голод. Губителен для В. вид или крик петуха.

Среди персонажей славянской народной демонологии внешнее сходство с В. имеют сербский «петух-змей» и русский дворовой (в виде змеи с петушиной головой).

Лит.: Белова О.В. Славянский бестиарий. М., 2000. С. 62, 67–68.

О.В. Белова

ВЕЛИКАН — мифоэпический персонаж. В народных легендах В. отождествляются с «чужими» народами или воинственными противниками — чудью, гуннами, татарами, турками, шведами.

В. - антропоморфное существо огромного роста (мог взять на ладонь пахаря с упряжкой, реки были ему по колено) и силы (бросал камни величиной с мельничный жернов, вырывал с корнем деревья). Согласно общеславянским легендам, В. были первыми людьми на свете (трансформация ветхозаветного сюжета - [одна из версий, логичным также представляется и то, что первосущества великаны - индоевропейский миф, который впоследствии изменился. Ср. с Йотуны у скандинавов, титаны у греков и асуры в индуизме - прим. админ]), участвовали в устройстве мироздания: насыпали горы, курганы, прокладывали русла рек и т. п., при этом передавая друг другу огромные предметы — камни, стрелы, палицы, топоры. Деятельность В. могла носить и разрушительный характер: они уничтожали дома и губили все живое, бросали в небо камни. За гордыню и вредоносную силу В. были истреблены Богом или превращены в обычных людей. В. погибли во время потопа (укр.) или в борьбе с огромными змеями (пол.), были съедены мифической птицей Кук (укр.). С мотивом гибели В. связаны рассказы о древних могильниках и огромных костях, которые сохранялись в Польше и на Украине в храмах и ратушах (служили объектом культового почитания) и использовались как оберег в хозяйстве и лекарство от лихорадки.

Лит.: Криничная Н.А. Персонажи преданий: становление и эволюция образа. Л., 1988; Левинтон Г.А. К мотиву гибели великанов // Материалы всесоюзного симпозиума по вторичным моделирующим системам. 1(5). Тарту, 1974. С. 64–68.

О.В. Белова

ВОДЯНОЙ — мифологический персонаж, который обитает в воде и топит людей, хозяин и покровитель водного пространства. В. происходят из душ утопленников, в частности тех, чьи тела не были похоронены, из утонувших или проклятых матерью детей, из плода утонувшей беременной женщины. По другим поверьям, В. - это души злых, грешных людей, отбывающих наказание в воде. Согласно восточнославянским и словацким легендам, В. произошли из восставших ангелов, сброшенных Богом в воду. В наибольшей степени представления о В. развиты у восточных и западных славян, хотя типологически они различаются. Восточнославянский В. осмысляется как хозяин водоема, всей рыбы и животных, которые в нем обитают. У западных славян В. не имеет статуса хозяина водоема: он там просто живет, зато подчеркивается его происхождение из утопленников. У южных славян образ водяного духа развит слабо и ассоциируется с дьяволом, сидящим в воде, или с неким духом-хозяином озера, имеющим облик коня, барана, жабы или железного человека.

Восточные славяне представляют В. в виде древнего старика, западные — в виде взрослого мужчины, чехи — в виде маленького мальчика, а поляки и словаки часто считают, что В. невидим. В поверьях подчеркиваются аномальные черты в облике В.: он очень высокий или очень маленький, по западнославянским поверьям, у него очень длинные и худые ноги, огромная голова остроконечной формы; русские считают, что он горбат, поляки — что он ходит боком так, что невозможно увидеть его лицо. По общеславянским поверьям, В. лохматый и волосатый, оброс тиной, водорослями и мхом, у него зеленые волосы, длинная борода. Одежда В. преимущественно красного, черного или зеленого цветов. Часто В. имеет зооморфные черты: у него конская голова; чехи считают, что вместо волос у В. рыбья чешуя; русские, поляки, сербы и чехи полагают, что у него на ногах копыта, перепонки между пальцами; русские и сербы считают, что у В. есть хвост. В. может превращаться в любую рыбу или животное, а также в предметы: камень, дерево, бревно и пр. Характерные звуковые проявления В. - громкий смех, хлопанье в ладоши, шлепанье по воде. Типичный признак западнославянского В. - вода, постоянно капающая с его волос, шляпы, одежды, когда он выходит на берег.

Часто считают, что у В. есть семья. Согласно восточнославянским и польским верованиям, В. берет в жены русалок, утонувших девушек, западные славяне считают, что он сватает девушек в деревнях. Чехи полагают, что его жена имеет облик женщины с зелеными волосами; согласно севернорусским поверьям — это уродливая женщина с огромной грудью, она заботится о душах утопленников, стирает, рожает детей. По некоторым русским и белорусским представлениям, В. холост.

Места обитания В. - глубокие водоемы, водовороты, омуты, запруды, плотины и мельницы. В. показывается человеку и на берегу: на камнях, мельничных колесах, плотах, мостах, стогах сена.

Время наибольшей активности В. — полдень, полночь, время после захода солнца, лунные ночи. В. особенно опасен во время больших праздников: в ночь на Ивана Купалу, в субботу перед Троицей, а также в период цветения ржи. Зимой В. спит на дне реки, просыпается 1 апреля, ломает лед, мучает мелкую рыбу.

Основная вредоносная функция В. - заманивать людей и животных в воду и топить их. Украинцы считают, что он топит тех, кто плавает над его жилищем; с точки зрения поляков, его нападениям подвергаются те, кто сквернословит, работает в воскресенье, не соблюдает постов; по восточнославянским и сербским поверьям, В. топит тех, кто не перекрестился, входя в воду, а согласно словацким — тех, кто смеялся над ним. На Русском Севере и в Польше полагают, что В. каждый год должен получать своего утопленника.

В. бывает причиной несчастий, болезней, он устраивает водовороты и наводнения, вызывает сильный ветер, затопляет луга, губит посевы на прибрежных полях. Западнославянский В. ходит в гости к людям, посещает ярмарки, участвует в сватовстве и присматривает себе жену, заманивая девушек яркими лентами.

Согласно восточнославянским поверьям, В. охраняет рыбу и птицу, переманивая ее из других озер; пасет табуны своих лошадей и стада своих коров на прибрежных лугах. Плотогоны, мельники и рыбаки его почитают и боятся. Чтобы умилостивить В., ему делали приношения: бросали в воду дохлых животных, жертвовали первый улов рыбы, хлеб, соль, водку, деньги. Мельники приносили в жертву В. сало или внутренности свиньи. Чтобы В. не разрушал плотину, в ее основание закапывали череп.

Средства защиты от В.: чеснок, папоротник, веревка, сплетенная из девяти полос липового лыка, пуговица от свадебного наряда, святая вода. В. не может утопить человека, съевшего хлеб из муки, смолотой в ночь на Ивана Купалу. Чтобы избавиться от В., следует загадать ему загадку или задать вопросы, на которые он не сможет ответить.

Лит.: Левкиевская Е.Е., Усачева В.В. Полесский водяной на общеславянском фоне // Славянский и балканский фольклор. М., 1996. С. 153–172; Померанцева Э.В. Мифологические персонажи в русском фольклоре. М., 1975. С. 49–67.

Е.Е. Левкиевская

ВОЛКОЛАК — человек-оборотень, с помощью колдовства превращающийся или превращаемый на определенный срок в волка. Принято считать, что имя волколак образовано сложением слов волк и южнославянского длака «шерсть, шкура».

Представления о В. наиболее полно сохранились в украинской, белорусской и польской традициях, где с В. связаны сюжеты многих быличек: колдун превращает участников свадьбы в волков; человека превращает в В. отвергнутая им девушка; злая теща (жена) превращает нелюбимого зятя (мужа) в В.; колдун превращается в В., чтобы причинять зло людям; муж-В. в урочный час превращается в волка и нападает на свою жену, которая позже опознает его, увидев у него в зубах клочок своего платья. Слово волколак в большинстве русских говоров не известно, но русские представления об оборотнях (см. Оборотничество) близки поверьям о В. У сербов имя вукодлак обозначает вампира, образ которого вобрал в себя основные признаки В. В болгарской традиции под волколаком также часто понимается вампир, но сохранились представления и о В. как о человеке-оборотне, и об убийстве охотником волка, под шкурой которого оказывается человек.

Согласно восточнославянским и польским поверьям, В. чаще всего имеет облик обычного волка, хотя некоторые особенности его внешнего вида и поведения выдают в нем оборотня: с точки зрения русских, на задних ногах у В. колени выступают вперед, как у человека, а не назад, как у волка; белорусы считают, что у него человеческая тень и он всегда бегает один, вне стаи. По украинским, белорусским и польским поверьям, у убитого В. под шкурой находят остатки истлевшей одежды, свадебные украшения, бусы.

В. могут стать колдуны и ведьмы. Иногда склонность к оборотничеству предопределена судьбой: украинцы считают, что В. - люди, зачатые накануне Пасхи, рожденные женщиной от связи с волком, а русские полагают, что это люди, проклятые родителями. По чешским поверьям, людей в волков обращает св. Николай, а по южнославянским — св. Юрий, который набрасывает на людей волчьи шкуры.

Восточные и западные славяне полагают, что, желая превратиться в В., человек должен перекувырнуться через осиновый пень, перекресток, воткнутые в землю ножи. В других случаях человека опоясывают заговоренным поясом или накидывают его со специальным проклятием, «замыкая» его в зверином облике. Согласно украинским, белорусским и польским быличкам, человек, превращающийся в В., должен раздеться донага или заменить свою одежду ветхой, рваной в знак приобщения к «иному» миру.

Возвращение В. облика человека происходит при исполнении тех же действий в обратном порядке: кувыркании через перекресток (пень, ножи), перешагивании через пояс. Вернуть человеческий облик можно, разорвав символические путы, которые удерживают человека в зверином состоянии. Украинцы и белорусы считают, что для этого нужно перепрыгнуть через ров или перелезть через забор. У В., превращающегося в человека, лопается пояс, слезает волчья шкура, и он становится человеком.

Восточные славяне и поляки верят, что колдун может превратить человека в В. на большой или малый срок, но не навсегда, обычно на семь лет, но если колдун умрет, человек останется В. на всю жизнь. В других случаях полагают, что колдун не может умереть, пока не освободит человека от этого заклятья.

Человек, обращенный в В. насильно, испытывает страх и отчаяние, не нападает на скот и людей. В. избегает настоящих волков и ищет случая, чтобы снова стать человеком. По другим представлениям, В. поступают в услужение к волкам и обязаны по их приказу нападать на скот. В. не может есть сырое мясо и пытается жарить его на углях, оставленных от пастушьих костров, вынужден питаться кореньями, лесными ягодами, воровать хлеб у жнецов и пастухов. По другим верованиям, В. питается сырым мясом, хотя с трудом к нему привыкает. По украинским и южнославянским верованиям, В. являются причиной солнечных и лунных затмений, т. к. поедают солнце и луну, о чем упоминается в сербской рукописи 1262 г.

Е.Е. Левкиевская

ДВОЕДУШНИКИ — в западноукраинской и польской традициях люди, рожденные с двумя душами — человеческой и демонической (или двумя сердцами) и поэтому обладающие демоническими свойствами. Из Д. происходят вампир, мора, волколак, босорканя (см. Ведьма), на Карпатах — человек со «злым» глазом, у поляков — топельник (см. Водяной), а также атмосферные персонажи, управляющие градовыми тучами и ливнями.

Основной мотив, сближающий всех Д., - способность демонической души покидать спящее тело и вести самостоятельное существование для того, чтобы приносить вред людям: отнимать у людей здоровье или жизнь, как поступает польский вампир и аналогичные ему западноукраинские персонажи: босоркун, опырь, ночник; душить спящих людей, как это делает польская мора; отнимать молоко у чужих коров и портить людей, подобно карпато-украинской босоркане; оборачиваться волком и нападать на людей, как карпато-украинский и польский волколак.

К. Д. причисляются люди, способные управлять градовыми тучами и ливнями, а также умеющие контролировать урожайность и плодородие следующего года. На украинских Карпатах они называются чорнокнижниками. Сила и необычные свойства, которыми обладают чорнокнижники благодаря наличию второй души, дает им возможность отводить град и ливни от полей своего села и вести тучи в нужном направлении. Души закарпатских ведьм-двоедушниц, пока их тела спят, слетаются в полночь к водоемам и дерутся друг с другом хлебными лопатами.

Душа Д. ходит по свету в своем человеческом облике или оборачивается собакой, кошкой, конем, змеей, мышью, летучей мышью и др., а также предметами: колесом, кочергой.

В то время как вторая душа блуждает по свету, Д. крепко спит, и разбудить его, пока она не вернется назад в тело, невозможно. Обычно душа покидает и возвращается в тело через рот в виде мухи, мыши и т. п. Если изменить местоположение спящего Д. (например, повернуть его головой на то место, где были ноги), душа не сможет вернуться, и Д. умрет, если тело не повернуть обратно. Обычно считается, что Д. ничего не помнит о происходящем с ним во время сна, и днем его поведение ничем не отличается от обычных людей. Как правило, вторая душа Д. блуждает по ночам, а под утро возвращается. Полагают также, что потребность второй души покидать тело и вредить людям не зависит от личной воли Д., что это происходит, когда наступает определенный момент, и тогда Д. вынужден это делать, иначе он умрет.

Причину рождения Д. чаще всего объясняют неправильным поведением его родителей: карпатские украинцы верили, что Д. становятся люди, зачатые женщиной во время месячных, рожденные женщиной, которая, будучи беременной, посмотрела на священника, несущего чашу во время «великого выхода». По польским поверьям, ребенок становился Д., если мать, отняв ребенка от груди, второй раз начинала кормить его грудью, а если в семье подряд рождаются девочки, то седьмая становится Д. На Карпатах считают также, что обладание второй душой определяется судьбой, рождением под определенной звездой, что ни сам Д., ни его родители в этом не виноваты. Поляки верят, что если человеку, рожденному с двумя душами, при крещении дали только одно имя, он начинает вредить людям.

Узнать Д. можно по признакам, отличающим его от обычных людей: Д. рождаются с зубами, разговаривают сами с собой, у них красная шея, на голове два вихра или два завитка волос на макушке, хвост; по польским представлениям, Д. - лунатики, гуляющие во сне по крышам.

После смерти Д. его вторая душа не умирает, второе сердце не истлевает, а продолжает жить, поэтому, согласно карпатским поверьям, одна половина тела Д. живая, другая мертвая, одна половина лица румяная, другая синяя. После смерти Д. становится вампиром. От выпитой крови оставшаяся в живых нечистая душа Д. набирает силу и материализуется. Умерший Д. является причиной сильных бурь, ливней, града.

Чтобы умерший Д. не вредил после смерти, его хоронят с предосторожностями: в гроб ему кладут различные предметы — его нечистая душа сможет с ними играть, а также мак, дабы он, собирая его, был занят; на кладбище его несут не по дороге, а по обочине; хоронят на краю кладбища. Если Д. вредит после смерти, могилу разрывают, отрубают ему голову, переворачивают тело ногами туда, где была голова, или оборачивают лицом к земле, сердце пробивают липовым, осиновым или боярышниковым колом. В Закарпатье, если подозревают, что Д. «забирает воду» и является причиной засухи, на его могилу льют воду, чтобы он напился досыта.

Е.Е. Левкиевская

ДИВ, дива — в восточнославянской мифологии демонический персонаж. Упомянут в средневековых «Словах» — поучениях против язычества (в форме «дива») и дважды в «Слове о полку Игореве»: приурочен к верху дерева («Дивъ кличетъ връху древа») и спускается вниз («уже връжеся дивъ на землю»). Демон и женский мифологический персонаж со сходным именем известен у западных славян (обычно связывается с лесом), а также у южных славян (болг. самодива, синонимичное самовиле, см. Вилы). Слово первоначально было связано, с одной стороны, с русским «диво» и родственными славянскими обозначениями чуда, а с другой — со славянскими и балтийскими словами в значении «дикий», происходящими из «божий» (ср. укр. дивий — «дикий», старослав. «дивии», ср. др. — рус. люди дивия и т. п.). Развитие в славянской традиции отрицательных значений слов типа «дикий» иногда связывают с влиянием иранской мифологии; у иранцев родственное слово превратилось в обозначение отрицательного мифологического персонажа — дэва. В значении «бог» у иранцев выступало переосмысленное обозначение доли: ср. слав. Бог. Оба эти взаимосвязанных процесса объединяют славянские и иранские языки и мифологии. След древнего индоевропейского значения «бог ясного неба» можно видеть в мотиве падения Д. на землю.

Лит.: Иванов В.В., Топоров В.Н. К проблеме достоверности поздних вторичных источников в связи с исследованиями в области мифологии // Труды по знаковым системам. Тарту, 1973. Вып. 6.

В.В. Иванов, В.Н. Топоров

ДУХ-ОБОГАТИТЕЛЬ — мифологический персонаж, который обитает в доме, находится в услужении у одного из членов семьи и приносит своему хозяину богатство, отобранное у других людей. Д. о. имеется только у колдунов, а отношения с ним расцениваются как общение с чертом. Представления о Д. о. наиболее развиты на западе Украины и Белоруссии, у западных славян и на Украинских Карпатах. У русских Д. о. часто смешивается с образом змея-любовника (см. Змей), у западных украинцев и лужичан он связан с сюжетом о неразменной монете.

Д. о. специально выводят из куриного яйца, имеющего какую-либо аномалию, например отсутствие зародыша или два желтка, а также из яйца курицы, которая поет петухом; из яйца черной курицы. Такое яйцо нужно закопать в навоз или завернуть в шерсть, его нужно носить слева под мышкой или за пазухой семь, девять или сорок дней, после чего из него вылупится Д. о. Человек, решивший вывести Д. о., должен отречься от Бога: он не может посещать церковь, молиться, креститься, мыться, стричься, обстригать ногти, расчесываться. Он должен хранить молчание. Место, где высиживают Д. о., - пустой дом, баня, печь. Западные украинцы, поляки и южные славяне полагали, что Д. о. происходит из выкидышей, мертворожденных или умерших некрещеными детей, из душ убийц, людей, умерших без исповеди.

Другие способы получения Д. о. предполагают заключение союза с чертом. По польским и западноукраинским верованиям, Д. о. получают на перекрестке в полночь, подписывают договор кровью из мизинца. Д. о. можно купить в аптеке в городе, на базаре у цыган, евреев, венгров. Акт покупки сопровождается отречением от Бога. Иногда Д. о. сам хитростью навязывается человеку в услужение, появляясь в виде мокрого цыпленка, которого хозяева из жалости пускают к себе в дом. Д. о. попадается на глаза человеку в виде красивой бабочки. Принеся эту бабочку в дом, человек, сам того не желая, получает Д. о.

У восточных славян, поляков и лужичан Д. о. часто имеет вид змея или ужа. Когда Д. о. переносит богатство по воздуху, он выглядит огненным или светлым, если несет золото, и темно-синим, если несет хлеб. В западноукраинской, сербской и хорватской традициях Д. о. представляют в облике маленького человечка в красных штанишках и в красной шапочке, в которой заключена его волшебная сила. Согласно русским, белорусским и польским верованиям, у Д. о. есть специальное вместилище, куда он складывает украденное добро: сумка или большой зоб, из которого он дома изрыгает принесенное богатство. Сербы иногда представляют Д. о. в виде большого мешка, который, наполнившись, возвращается к хозяину.

В доме Д. о. живет на чердаке, на печи или за печью, за печной трубой, около порога или под столом. Восточные славяне и поляки считают, что Д. о. проникает в дом сквозь печную трубу (см. Труба печная). Д. о. не должен видеть никто, кроме его хозяина, иначе он покинет дом.

Д. о. носит в дом добро: сметану, зерно, масло, мед, водку, деньги, воруя их из других домов. Он приносит хозяину мешки с навозом, которые, пролетая через печную трубу, превращаются в золото. Д. о. способствует разведению пчел или лошадей, обеспечивает удачу в торговле, в кузнечном деле, в сватовстве, занимается домашним хозяйством. Белорусы, западные украинцы и сербы полагают, что Д. о. разыскивает клады для своего хозяина.

Чтобы Д. о. приносил богатство, хозяин должен кормить его молоком, кашей, яичницей. В пищу, приготовленную для Д. о., нельзя добавлять соли. Если разозлить Д. о., не давать ему еды, накормить соленой пищей или показать его постороннему человеку, он разобьет посуду, замучает домашних животных, разрушит хозяйство и уйдет, забрав с собой счастье, после чего все богатство сразу исчезнет.

Хозяин, имеющий такого «слугу», должен загружать его работой, иначе Д. о. убьет его. Западные украинцы считают, что душа человека, имеющего Д. о., после смерти поступает в распоряжение Д. о., который относит ее главному черту. Чтобы избавиться от Д. о., нужно освятить дом или окропить его святой водой. Белорусы и западные украинцы полагают, что Д. о. можно убить, ударив его наотмашь, перебросив через крышу, отнеся на девятую межу. Д. о. можно продать или отдать другому хозяину, вернуть на то место, где его нашли.

Лит.: Левкиевская Е.Е. Славянские представления о способах коммуникации между тем и этим светом // Концепт движения в языке и культуре. М., 1996. С. 185–212; Добровольский В.Н. Смоленский этнографический сборник. СПб.; М., 1891. С. 96–97; Гнатюк В. Знадоби до украïньскоï демонольогiï // Етнографiчний збiрник. Львiв, 1903. Т. 15. С. 96–105.

Е.Е. Левкиевская