НОЖ — является оберегом наряду с другими острыми и режущими предметами из железа (ножницы, игла, топор, коса, серп). Н. носили с собой, подкладывали под себя, под подушку или на дно колыбели для защиты некрещеного младенца, женщины в предродовой и послеродовой период, жениха и невесты во время свадебного обряда. Для защиты от ведьмы, волков, вихря, града втыкали Н. в землю, стену или порог, проводили вокруг себя ножом магический круг, закрещивали ножом окна и двери. Белорусы Гомельщины клали мальчику в колыбель Н., чтобы он стал плотником, а девочке — гребень, чтобы она умела прясть. В Житомирском районе во время похорон клали в колыбель Н. или ножницы, «чтобы не приступила смерть» к ребенку. В Полесье мать подкладывала под себя Н. при кормлении грудью ребенка. На Украине крестные родители, отправляясь в церковь крестить ребенка, переступали через Н., положенный у порога или на порог, чтобы к ребенку не мог подступить нечистый дух. Увидев в лесу или в поле русалок, украинцы чертили ножом круг на земле и ложились в нем на землю ничком, полагая, что русалки их не тронут. Архаический характер имеет использование ножей в похоронной обрядности. В древнерусских захоронениях находят ножи и серпы: их втыкали в кострище или в урну, а при ингумации — в дно могилы. В Македонии клали Н. под голову умершему, чтобы он не превратился в вампира. В Воронежской губ. клали Н. под стол, на котором положен покойник, чтобы тело не разлагалось. У восточных и западных славян считалось, что Н., брошенный в вихрь, ранит черта и на нем останется кровь. Украинцы использовали для этого Н., освященный на Пасху. Особое магическое значение приписывали Н., воткнутому в землю. Южные славяне для защиты от града втыкали в землю ножи, косы, топоры или головешки от бадняка. В Волынской губ., чтобы разогнать грозовую тучу, ножом, освященным вместе с пасхальными яствами, трижды крестили приближающуюся грозовую тучу и молились за души умерших без покаяния, а потом Н. всаживали в землю. По поверьям Орловской губ., если вскочить в круговорот вихря и воткнуть в землю Н., то зарежешь черта. Белорусы втыкали Н. в то место, на котором упал ребенок. В Вятской обл., выпуская корову из хлева, вбивали камнем Н. в порог и говорили: «Как с этого ножа медведь мяса не ест, так и нашу Пеструхоньку не ешь», после этого через Н. переводили корову. В Ровенской обл., чтобы уберечь скотину, вставали до восхода солнца, раздевались, брали Н. или косу под левую руку, трижды обегали вокруг хлева и втыкали Н. в стенку. В Белоруссии, если пропала корова, то втыкали Н. в порог, в стену или в притолоку над дверями, чтобы звери не тронули скотину. В белорусском Полесье, если скотина заблудилась в лесу, хозяин обращался к знахарю с просьбой «засечь» ее. Знахарь шел в лес, находил дерево, больше других покрытое зелеными листьями, поднимал кверху принесенный с собой Н. и читал заговор, в котором просил Бога и св. Юрия «засечь» скотину. Произнося последнее слово заговора, знахарь вбивал Н. в дерево и возвращался домой. На следующий день перед восходом солнца он снова шел в лес и вынимал Н. из дерева. Если тот оставался чистым, то это означало, что животное не погибло и уже не сойдет с того места, где оно находилось, когда его «засекали», а также что оно защищено от волков. В Белоруссии и на Украине, чтобы навредить ведьме, отбирающей молоко у коров, процеживали молоко через Н., серп или иголки. Например, в Черниговской обл., если корова доилась кровью, то лили молоко на Н., положенный под цедилкой на подойник, — этим «ведьме перерезаешь язык». Вместе с тем в быличках Н. описывается как одно из орудий ведьм, отбирающих молоко: ведьма втыкает Н. в соху, столб или дерево — и молоко течет по острию ножа, а в соседнем стаде начинает реветь корова, которая остается с пустым выменем. Украинцы Овручского района говорили, что, когда ведьма захочет молока, она идет к себе в хлев, забивает в соху Н. и подставляет доенку, молоко так и бежит струей с Н. В русских быличках колдун перепрыгивает или кувыркается через Н. или 12 ножей, воткнутых в землю лезвиями кверху, чтобы превратиться в волка, а ведьма таким же образом превращается в собаку или свинью. Потом волк-оборотень возвращается и перепрыгивает через те же ножи с другой стороны, однако если за это время кто-нибудь вынет ножи, то он так и останется зверем. В русских гаданиях девушка накрывает стол для суженого, причем ставит на скатерть два прибора с ножами и вилками; когда придет суженый и сядет за стол, девушка должна сорвать скатерть со стола; если же она не успеет, то суженый ее зарежет (Костромская губ.). Н. имел и фаллическую символику: в Славонии невеста, которая не хотела иметь детей, покупала в лавке не торгуясь складной Н. и держала его при себе сложенным во время венчания. Обращение с Н. регламентировалось множеством правил и запретов. По поверьям восточных славян, если Н. лежит на столе лезвием кверху — быть ссоре; нельзя есть с Н. - будешь сердитым. Нельзя играть ножом — будет ссора; если найдешь Н. на дороге, нельзя его брать, иначе и помереть тебе от ножа (рус.). Нельзя водить ножом по молоку или сметане — от этого у коровы молоко будет с кровью (полес.). Нельзя ножом резать хлеб в молоко, а можно только крошить его руками, иначе у коров вымя потрескается (укр. и пол.). Не оставляй Н. на ночь на столе — лукавый зарежет; нельзя дарить Н. или иголку во избежание ссоры (рус., укр.). Во время поминок в Белоруссии старались обходиться без ножей, чтобы не ранить нечаянно душу умершего. В Ровенской и Волынской обл. во время свадьбы, собрания молодежи или большого праздника в стол втыкали снизу Н., чтобы гости меньше ели. В Польше под Рождество гадали с Н. о будущем урожае: клали Н. между житным хлебом и пшеничным пирогом и оставляли так на столе до Нового года; если Н. заржавеет со стороны хлеба, то не уродится жито, а если со стороны пирога — то пшеница. Лит.: Топорков А.Л. Домашняя утварь в поверьях и обрядах Полесья // Этнокультурные традиции русского сельского населения XIX — начала XX в. М., 1990. Вып. 2. С. 67–135. А.Л. Топорков | |
| Категория: Другое | |
| Всего комментариев: 0 | |