Круг ворона

АНДРЕЕВ ДЕНЬ — день памяти св. Андрея, отмечаемый 30 ноября. Андрей был призван Христом в качестве одного из первых апостолов, поэтому в православной традиции его называют Андрей Первозванный. Согласно народным легендам, он проповедовал христианство у скифов и на Балканах, благодаря чему впоследствии считался патроном православия (и покровителем русской церкви).

Народный культ апостола Андрея известен всем славянам, но по характеру обрядности выделяются две самостоятельные традиции: почитание Андрея как покровителя брака, олицетворения мужского начала (в соответствии с греческой этимологией его имени «Андрос», т. е. мужчина), и как повелителя диких зверей (медведей и волков). В первой традиции определяющими оказываются матримониальные мотивы (приметы и гадания, связанные с замужеством), наиболее заметно выраженные в обычаях славян-католиков и униатов. Во второй традиции, наиболее типичной для южных славян, актуальны ритуалы, направленные на защиту от волков и медведей.

Канун А. д. как девичий праздник и время гаданий о замужестве известен у хорватов и словенцев, у западных славян и в западных р-нах восточнославянской зоны (в меньшей степени — у русских). У белорусов и украинцев наиболее популярным для А. д. был такой тип гаданий, при котором девушки сыпали семена льна или конопли в доме (под столом, у порога, вокруг кровати) либо выскакивали полураздетыми во двор и «сеяли» зерна под окнами хаты, у колодца и т. п., при этом приговаривали: «Андрею, Андрею, я на тебя конопли сею, дай мне знати, с кем буду сбирати» (либо: «с кем буду свадьбу играти», «под венцом стояти» и т. п.). В украинском Полесье была широко распространена приуроченная к А. д. игра калиту доставать или калиту кусать: девушки пекли медовый корж (называемый калита), который затем подвешивали на шнурке к потолочной балке; участники игры поочередно «подъезжали» верхом на кочерге к коржу и пытались откусить от него кусок без помощи рук; при этом запрещалось смеяться; того, кто не мог удержаться от смеха, ведущий в игре мазал сажей.

А. д. считался началом зимы. По карпатским верованиям, ночь накануне этого дня — время разгула нечистой силы; для защиты от нее гуцулы жгли «андреевские костры». Утром А. д. в карпатских селах хозяева поджидали первого гостя мужского пола, называемого полазником.

У православной части южных славян св. Андрей почитался как хозяин и повелитель диких зверей. В западной Болгарии и восточной Сербии А. д. назывался «Медвежий день». Утром этого дня хозяйки варили кукурузу и бросали вареные зерна в дымоход со словами: «Вот тебе, медведь, вареная кукуруза, чтобы ты не трогал растущую в поле и не задирал людей и скот». Несколько початков относили в кукурузное поле, чтобы медведь не портил посевы. В восточной Сербии накануне А. д. хозяйки оставляли три вареных початка на плодовом дереве или на крыше дома, во дворе на поленницах дров — как «ужин медведю». В этот день запрещалось чинить или шить новую обувь, «чтобы не задавил медведь»; ходить в лес, чтобы не встречаться с медведем. В центральных и западных районах Сербии, в Боснии то же самое делали для защиты от волков. С этого дня запрещались все прядильно-ткацкие работы, гребни складывались вместе, «чтобы у волков была закрыта пасть»; не разрешалось сновать и мотать нитки, «чтобы звери не мотались возле загонов для скота»; строго соблюдался запрет на всякое рукоделие (шитье, вязание), «чтобы не схватил медведь» и т. п. В течение всего рождественского поста не плели веревок, не строили изгородей, «чтобы волки не задирали скот».

У болгар повсеместно распространено поверье, что с А. д. (Едрея) световой день начинает увеличиваться «на одно просяное зернышко» и все вокруг наедрява, т. е. увеличивается, прибавляет в весе. Этой народной этимологией объясняются многие обычаи, связанные с магией плодородия. Чтобы хорошо росло все посеянное, чтобы еды было больше, варили и ели разные зерна, угощали соседей, остатки сыпали курам; опасались давать эту еду чужим людям, чтобы они не отняли плодородие. Считалось, что в тех домах, где отмечали А. д. как следует, год будет благополучным и урожайным.

Лит.: Виноградова Л.Н., Толстая С.М. Обычаи Андреева дня у славян // Живая старина. 1994. № 3. С. 26–27; Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы: Зимние праздники. М., 1973. С. 205–206, 266–267, 284–285.

Л.H. Виноградова

БЛАГОВЕЩЕНИЕ — один из главных праздников в календаре православных славян (25.III/7.IV), менее значим в католических традициях. По церковному канону, двунадесятый праздник, посвященный дню, когда архангел Гавриил известил деву Марию о будущем рождении Христа. В народном календаре отмечается как начало весны, как день «открытия земли», пробуждения ее ото сна, выхода из земли гадов, змей, лягушек, мышей, насекомых, появления нечистой силы; как пора прилета птиц, пробуждения пчел, медведя (соотносится с Воздвижением и Усекновением, 29.VIII/11.IX, как днями «закрытия земли» на зиму, погружения ее в сон). Б., подобно Рождеству, предвещает и магически предопределяет весь грядущий год.

Ко дню Б. приурочены многие обряды встречи весны. В Белоруссии молодежь забиралась на возвышенные места, на крыши бань, гумен, на поленницы дров и «гукала весну», иногда одновременно жгли костры — «палили зиму» или «грели весну».

У всех славянских народов с Б. связывается прилет птиц из ирия; в этот день встречали аистов, пекли лепешки в виде лапы аиста, дети выносили их во двор, подбрасывали и кликали аиста: «Бусню, бусню, на тебе галепу, дай мне жита копу!», затем их раздавали всем членам семьи или только детям, иногда подбрасывали в гнездо аистам (Полесье). У южных славян и на Карпатах Б. считается днем прилета или начала кукования кукушки, возвещающего весну. У русских на Б. выпускали птиц на волю, «чтобы они пели во славу Божию» и принесли счастье тому, кто их освободил.

С Б. у восточных славян начинается пахота, ибо «Бог благословил землю на сеянье». Часто в этот день ходят к пчелам. В Закарпатье хозяин на Б. не выходил из дома, чтобы пчелы не улетали из улья. Болгары и сербы окуривали ульи дымом от тлеющих тряпок и навоза, чтобы к пчелам не приближались змеи и мыши. В польском Поморье на Б. освящали пчел.

К Б. приурочены очистительные обряды, цель которых — отогнать и отпугнуть вылезшую из земли нечисть — гадов, насекомых, нечистую силу, болезни. В Болгарии женщины, иногда дети на Б. до восхода солнца или на закате обходили двор с медным тазом, били по нему ложкой и кричали: «Убегайте змеи, Благовещение вас задавит!» (Добруджа). Битьем в металлические предметы на Б. отгоняли змей и сербы, считая, что змея летом будет держаться от дома на таком расстоянии, на какое распространяется лязг металла. Змей отгоняли также огнем, поджигая мусор, тряпки, старую обувь, солому, конский и коровий навоз и др. В целях оберега применялись и задабривающие действия. Македонцы в р-не Велеса на Б. готовили змеям что-нибудь сладкое (благо), чтобы змеи были благи и не кусались. У южных славян запрещалось в этот день упоминать змей и ящериц, протягивать веревки, волочить что-нибудь по земле, продевать нитку в иголку, брать в руки иголку, веретено (Полесье) и т. п.

Для защиты от мух, блох и др. насекомых старались при еде не пролить ни капли и не уронить ни крошки. На Б. запрещалось подметать в доме и особенно выбрасывать мусор на огород или поле, т. к. считалось, что от этого разводятся сорняки. К очистительным обрядам относятся также умывание в источнике или реке на рассвете на Б. (сербы), побелка дома (украинцы, белорусы), мытье хлебной дежи (Полесье) и др.

Благовещенские костры считались защитой от болезней, сглаза и нечистой силы. Русские жгли соломенные постели, старые лапти, прыгали через огонь и окуривали одежду. Чтобы предохранить скот от эпидемий, сербы на Б. прогоняли его меж двух костров; в канун Б. в полночь гасили в очагах огонь и добывали «живой огонь».

На Б., как и в другие большие праздники, особенно опасались нечистой силы, защищались сами и оберегали скот. По верованиям болгар, на Б. самовилы и самодивы возвращаются из своих жилищ, где они пребывали со дня Усекновения. На Б. на рассвете они купаются в реках, источниках, колодцах, поэтому утром на Б. опасно ходить к воде.

К Б. приурочены магические ритуалы, гадания, предсказания здоровья, счастья, удачи, богатства, урожая, погоды и т. п. Заботились о том, чтобы в этот день быть здоровым, сытым, хорошо одетым, иметь при себе деньги, потому что так будет весь год (Болгария, Македония, Карпаты). У восточных славян в одну благовещенскую просфору запекали копейку, и кому такая просфора доставалась, тот считался счастливым и удачливым, ему поручали начинать сев или другие работы. Кусочки просфоры клали в семена, зарывали по углам поля от града и засухи, клали в первый сноп, в сусек, чтобы мыши не ели зерна; просфору брали с собой при засеве, привязывали к сеялке, использовали для лечения лихорадки и т. п.

Повсеместно соблюдался строгий запрет на любую работу в день Б. («На Благовещенье и птица гнезда не вьет»). Особенно строгим был запрет прикасаться к земле, «беспокоить землю» до Б. Нарушение запрета грозило засухой и другими бедами. Во избежание засухи и градобития запрещалось топить печь и готовить еду на Б., а также расчесывать волосы — иначе куры будут «расчесывать» грядки.

Лит.: Толстые Н.И. и С.М. Благовещение в славянских народных обрядах и верованиях // Введение в храм. М., 1998.

С.М. Толстая

БОЖЬЕ ТЕЛО, праздник Тела Господня — праздник, введенный в обиход католической церковью в память об установлении Христом таинства евхаристии (причащения); отмечается в девятый четверг после Пасхи. Его особенностью были массовые церковные процессии по селу и вокруг посевных полей, которые совершались в первый день Б. т. и затем через неделю, т. е. в следующий четверг, называемый «Октавой Божьего Тела». В народной традиции содержание обрядности примыкает к комплексу обычаев, характерных для Зеленых святок (см. Троица) и Иванова дня (см. Иван Купала): сбор целебных трав и цветов, плетение венков, украшение зеленью домов, дворов, улиц, храмов; освящение растений; защита людей и скота от нечистой силы.

Л. В.

ВЕРБНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ — последнее воскресенье перед Пасхой, Вход Господень в Иерусалим, или неделя Ваи, подвижный двунадесятый праздник. Посвящен в народной культуре весеннему возрождению природы, вегетации, вербе(отсюда названия: рус. Вербное воскресенье, бел. Вербная нядзеля, серб. Врбица, болг. Връбница и т. п.).

Битье вербовой веткой в В. в. распространено у восточных и частично у южных славян, поляков и чехов. Оно совершается обычно утром, после освящения вербы, у церкви или дома и, как правило, с приговором: рус. «Верба красна, бей до слез, будь здоров!», укр. «Не я бью, верба бье / За тыждень — Великдень; / Будь великий, як верба, / А здоровый, як вода, / А богатий, як земля» (Чернигов.). Чаще всего взрослые бьют ребятишек, «чтобы росли и были здоровы». С этой же целью в Белоруссии хлестали в этот день и скот, и пчелиные ульи, и землю в огороде. Сербы в Славонии после обедни хлестали друг друга вербой, приговаривая: «Расти, как верба!», а в Банате били лошадей и детей, «чтобы росли, как верба».

Проглатывание вербных почек-шишечек в В. в. было известно на Украине, где дети съедали почки, «чтобы не болело горло». В России их запекали в хлебцы и скармливали скоту (Ярославский край). В Полесье, на Пинщине, в В. в. при выходе из церкви каждый съедал девять вербовых почек-свечек, «чтобы не болели зубы и не было лихорадки».

Освященные вербовые ветки относили на кладбище (польское Поморье, Западная Украина, Словакия), там трижды хлестали по могилам покойников-родителей (белорусы); кизиловую ветку втыкали около могильного креста, «чтобы в домашнем хозяйстве все шло в гору» (хорваты); вербовые прутики втыкали в могилы всех родственников (болгары).

Венки из освященных веток вербы делали в В. в. болгары и македонцы; молодежь ходила с венками к реке и бросала их в воду: тот, чей венок уплывал впереди других, считался победителем и назывался «крестный», а остальные были «причастные» и должны были на Пасху прийти к «крестному» с красным яйцом. Венки обычно вешали дома у иконы «на здоровье», туда же клали ветки вербы, которые считались средством от грома, грозы и бури.

Словенцы в В. в. делали связки из веток вербы или нескольких лиственных растений и называли их бутара. Это могла быть полутора-, двух- или трехметровая палка, украшенная вербовыми ветками, орехами, пряниками, могла быть и просто связка веток. Ее освящали в церкви, приносили домой, с ней троекратно обходили дом, хлестали двери дома, вешали во дворе на дерево, под стреху, несли в хлев, на пчельник, на сеновал, считая, что бутара защищает от грома и града. Ее употребляли при первом выгоне скота, при первой пахоте, при лечении болезней.

Умывание цветами в В. в., т. е. водой с цветами, сорванными накануне, совершалось сербами в центральной Боснии (Височская Нахия). В западной Словакии было принято в В. в. рано утром умываться из ручья.

Лазарки, ходившие у болгар и сербов по дворам в Лазареву субботу, во многих случаях продолжали свои магические действия в В. в. Выходя из церкви с освященной вербой, они заключали между собой дружеский союз (северо-восточная Болгария). У сербов в В. в. лазарки ходили с вербовыми ветками (Косово) и иногда затыкали их в дверях дома, хлева, в ворота (Банат).

В Далмации и прилегающих к ней краях в В. в. вербу заменяли маслина или кизил, реже ель и лавр. В Чехии дети носили хвойное деревце лето, украшенное лентами, бантами, бумажными цепями; они обходили дома с пением. Вместе с деревцем носили куклу из белых тряпок с растопыренными руками (см. Марена).

Лит. см. в ст. Календарь народный.

Н.И. Толстой

ВЕСНА — в народном календаре начало хозяйственного, а в Средневековье — и календарного года (1 марта).

Начало весны приходится преимущественно на масленицу и мартовские праздники (ср. отмечаемый болгарами день 1 марта), середина — на Пасху и близкие к ней праздники — Юрьев день, дни свв. Марка, Еремии, а завершают цикл Троица и Иван Купала.

Наиболее заметным ритуалом весеннего времени были костры. Они имели значение оберега и символизировали уничтожение нечистой силы; обрядовый огонь связывали с весенним солнцем (тогда как купальские костры отмечали день летнего солнцестояния).

Считалось также, что весна — время разгула нечистой силы. У белорусов и украинцев ведьмы приобретали особую силу в юрьевскую и купальскую ночи. У западных славян ведьмы были наиболее опасны на Пасху и в Вальпургиеву ночь накануне дня св. Филиппа и Якова (1 мая), поэтому в эту ночь их обычно символически «сжигали» или изгоняли, хлопая бичами или стреляя из ружей. По верованиям южных славян, вредоносность ведьм резко возрастала 1 марта и в последний день масленицы. На Украине и в Белоруссии троицкие праздники — период кратковременного пребывания на земле русалок, изгоняемых по завершении Русальной недели.

Для периода ранней весны (примерно до Пасхи) характерны ритуалы по очищению земли, в том числе и от змей и кротов, и превентивные меры, направленные на их изгнание (сожжение старых вещей, мусора, подметание веником в доме и дворе и др.); обряды очищения и обновления жилища (ср. обычай в Страстной четверг белить хату), домашней утвари и пищи (ср. обрядовое мытье дежи, разбивание старой посуды, уничтожение остатков масленичной пищи); обрядовое обновление огня, а также действия, относящиеся к очищению человека (пост, обмывание и др.).

К этому же периоду приурочены ритуалы изгнания (уничтожения) Мясопуста и Карнавала, русские «проводы Масленицы», западнославянские обряды вынесения куклы Марены, или Смерти, сожжение или избиение Иуды и т. п. В этих обрядах обращает на себя внимание момент удаления изгоняемого персонажа за пределы села, а также необходимость совершения ритуала во имя благополучия живущих: словаки считают, например, что если из села вовремя не вынести Марену, то девушек перестанут брать замуж, скот не будет вестись, летом град побьет посевы.

К ранней весне относятся ритуалы, связанные с «магией первого дня». У южных славян, где хозяйственным рубежом года является Юрьев день, старались встать раньше обычного, чтобы не лениться весь год; у восточных и западных славян мылись в Страстной четверг, чтобы весь год быть чистыми, у русских — много ели на масленицу, чтобы быть сытым в течение года, и т. п.

У восточных и отчасти южных славян известно представление о том, что с осени до весны земля «замкнута»: она «спит», «замерла», в связи с чем до определенного момента ее нельзя трогать: пахать, сеять, копать, строить заборы и др. Чаще всего днем, когда земля «пробуждается» и когда можно начинать работы на земле, называли Благовещение, противопоставленное Воздвижению, когда земля «замыкается» на зиму (см. также Осень). На Благовещение (или в некоторые другие весенние праздники) одновременно с землей «пробуждается» и природа в целом: «оживает» корень у растений, а птицы и гады возвращаются из ирия.

Отмена запретов на обработку земли, связанных с периодом ее зимнего сна, объясняет многочисленные магические действия, направленные на обеспечение роста культурных растений: ср. масленичные танцы ради «высокого» льна и конопли, катания с гор и на лошадях (см. Масленица).

Отличительной чертой ранневесеннего периода являются также обряды, связанные с выгоном скота на пастбища или переводом его с зимних пастбищ на летние (ср. обычаи первого выгона скота и обрядового доения, магические действия по охране скота от зверей, змей и нечистой силы).

В обрядности послепасхального периода заметное место занимают ритуалы, относящиеся к будущему урожаю. Это прежде всего обходы полей, сопровождаемые молебнами, трапезой в поле и др. К ним примыкают магические акты по охране посевов и урожая от града и непогоды, полевых вредителей, а также от нечистой силы, которая может отобрать плодородие и «спор». С теми же целями соблюдаются бытовые и хозяйственные запреты, а также празднуются особые дни (у восточных и южных славян, например, «градовые четверги»). К этому же периоду относятся обряды вызывания дождя, совершаемые при засухе или профилактически, а также многочисленные запреты на полевые работы, соблюдаемые в «сухие дни».

Для послепасхальной обрядности специфичны обычаи с использованием свежей зелени и веток. Они начинаются западнославянским «внесением гайка, или лета» (обрядового деревца или ветки) в конце Великого поста, однако апогей весеннего культа растительности приходится на Троицу.

В верованиях восточных и южных славян весна — это период кратковременного пребывания на земле душ умерших. У восточных славян в этом отношении выделяются Страстной четверг, пасхальный четверг (ср. его название «Навский Великдень», см. Нави), когда покойники появляются на земле, и Фомина неделя, когда их выпроваживают обратно. Южные славяне считали, что предки покидают землю лишь на Вознесение, Троицу или в Духов день, а до этого пребывают обычно на цветах и траве. У восточных славян, кроме того, троицкий цикл обрядов обнаруживает связь с покойниками, умершими молодыми (ср. восточно-славянские представления о русалках и обычаи их «проводов»). См. также Задушницы, Семик, Радуница.

Обычно именно в послепасхальный период начинается формирование новых половозрастных групп молодежи (в предшествующий масленице мясоед значительная часть старшей молодежи вступает в брак). Это происходит и во время весенних гуляний молодежи, и в процессе подготовки и проведения некоторых весенних обрядов (например, у болгар в это время начинается набор девушек в лазарки; девушка же, не участвовавшая в таком обряде, не может считаться невестой). В этот же период устанавливаются временные молодежные союзы.

Т.А. Агапкина

ВОЗДВИЖЕНИЕ — праздник Воздвижения Креста Господня (14/27.IX). В народном календаре — начало осени; связывается с движением земли (ее обитателей, некоторых предметов), сменой времен года: ср. рус. «Воздвиженье кафтан сдвинет, шубу надвинет», «В Здвиженье одежду сдвигают», «хлеб в пояс сдвинулся», укр. «здвигается земля з лiта на зиму», «кожух iс свитою здвiгаються». На В. солнце «надвигается», т. е. играет, переливается всеми цветами радуги. Птицы «двигаются» в отлет, направляясь в ирей. По укр. легенде, Птица-Судья предварительно определяет каждому судьбу по заслугам: одни остаются зимовать в холодном краю в наказание (ласточки), другие — для забавы людей. Остальные выбирают себе вожака. И змеи отправляются в собственный ирей на зимовье (сдвигаются). Они забираются на деревья, чтобы напоследок погреться на солнце, сплетаются в большой клубок, а затем прячутся под землю, которую Господь замыкает вплоть до Благовещения (или Юрьева дня, дня св. Руфа, 8.IV). Земля не принимает лишь ту змею, которая согрешила, укусив человека. Змеи могут уйти и под воду, поэтому с этого дня купаться запрещено.

Общее для восточных и южных славян поверье об уходе змей в отдельных регионах детализируется и увязывается с др. фольклорными сюжетами. У русских рассказывают, например, о подземной свадьбе змей. На Черниговщине с В. связывается легенда об аисте, выпустившем из мешка гадов. По западноукраинским поверьям, над змеями устраивает суд Подземный (хозяин) или Бог; существует также предание о сражении змей за королевскую корону. Многочисленны рассказы о людях, которые, нарушив запрет ходить в лес на В., очутились вместе со змеями под землей, где и остались до весны. В этот день смельчак, отправившись в лес, может завладеть рожками змеиного царя.

В. считается пограничной датой для начала или окончания сева озимых, уборки кукурузы, сбора фруктов, посадки деревьев. В Черногории и Боснии на В. вынимали из ульев соты. К В. были приурочены гадания о погоде и урожае. Собранные и освященные на В. растения почитаются как целебные.

На В. совершались обходы домов и полей священником, молитвы об урожае. Предписываемый в этот день пост соблюдается, в числе прочего, ради защиты домашней скотины от медведей; в некоторых местах Русского Севера на В. исполняется очистительный обряд «похорон мух».

В некоторых русских областях В. почиталось «особым днем для лешего» или «игрищем у медведей».

Г.И. Кабакова

ВОЗНЕСЕНИЕ — праздник весенне-летнего цикла, отмечаемый на 40-й день после Пасхи, в четверг. У восточных и южных славян связан с представлением о посмертном пребывании души на земле и ее вознесении на небо через 40 дней после смерти. В. замыкает собой пасхальный цикл, в течение которого небесные врата якобы остаются открытыми для всех. Души умерших могут в это время посещать своих близких, а любой усопший в этот период, даже грешник или умерший неестественной смертью (см. Покойники), беспрепятственно попадает в рай. После В. св. Петр накрепко запирает врата рая. В период от Пасхи до В. вместо обычного приветствия говорили друг другу «Христос воскресе!». По русским поверьям, в эти 40 дней по земле ходит Христос, поэтому грех плевать за окно (где может стоять Господь), не следует оставлять нищих без подаяния (нищим может оказаться Христос).

В. или его канун почитали праздником мертвых, когда пекли и раздавали поминальные хлебы: у восточных славян в форме «лесенки» (по ней Христос должен подняться на небеса), а также блины, называемые «христовы» или «божьи онучи», в которых Христос идет на небеса. Украинцы устраивали поминки на могилах родных, а словенцы совершали обходы кладбищ. По болгарским поверьям, именно на В. предки возвращаются на «тот свет» после кратковременного пребывания на земле: в этот день на кладбищах разводили костры и поливали могилы водой. Русские в этот день гадали по выпеченным «лесенкам» (см. Лестница).

Украинцы и русские на В. ходили «проведывать» посевы. На поле подкидывали вверх принесенные с собой «лесенки», ложки, яйца, куски пирогов, чтобы так же высоко выросла рожь; скатерти — чтобы лен был длинным. Взрослые «поднимали» на поле за уши маленьких детей, спрашивая их: «Видишь ли Москву?», и высказывали пожелание: «Расти, рожь, большая, вот этакая». После обхода поля с крестным ходом женщины «катали» по ниве священников, чтобы снопы были большими и тяжелыми.

Южные славяне на В. совершали выходы в поле и обходы посевов с крестным ходом. Накануне дети делали специальный деревянный крест, украшали его цветами, венками и лентами, а наутро, неся крест впереди процессии, обходили село дом за домом и исполняли под окнами особые песни: «Мы крест носим, Бога просим. Пусть Господь даст, чтобы дождь шел, трава росла, нива зеленела…». Хозяйка обсыпала детей пшеничным зерном, подбрасывая его высоко, «чтобы так же высоко росла и пшеница».

В Сербии, Боснии и Хорватии В. считается началом скотоводческого сезона, когда стада впервые выгоняли на летние пастбища, лошадям «ради здоровья» стригли хвосты и гриву, на рога коровам вешали венки. В это время соблюдали также многочисленные запреты, призванные обеспечить охрану скота и его здоровье. Сам праздник В., а также весь период от Пасхи до В. у восточных и южных славян связан с метеорологическими мотивами. Сербы все четверги от Страстного четверга до В. называют «белыми» и в эти дни не стирают, не бьют вальком белье во избежание града; болгары не выносят во двор белую одежду, чтобы не было града и инея. В течение лета со дня В. каждый день специально звонят в колокола, полагая, что тем самым «крестят» облака, чтобы «Бог сохранил землю от вредного воздуха и ветра». В Полесье совершают обряд «вождения стрелы», которому приписывают функцию защиты от грома: «Давайте пойдем стрелой Ушестье (Вознесение) провожать, чтобы нас гром не побил, нашу деревню не спалил». У южных славян на В. во время обходов полей принято было втыкать в поля, виноградники, сады ореховые, кизиловые и др. ветки или сделанные из них крестики, чтобы защитить посевы от града.

В. считалось также пограничной датой, разделяющей весну и лето. Поэтому у восточных славян к В. были приурочены некоторые проводные обряды, например «проводы весны». После В. запрещалось петь весенние песни и др. Пограничный характер праздника В. проявлялся и в обрядах «перехода» в иную социальную группу. У словаков подросшие девочки впервые в этот день получали право появиться на улице в одежде взрослых девушек, сидеть среди них в костеле, гулять с парнями, участвовать в праздниках и посиделках, организуемых молодежью. В Болгарии в этот день девушки одалживали свои одежды подружке, недавно вышедшей замуж, чтобы поскорее последовать ее примеру.

Т.А. Агапкина

ВОСКРЕСЕНЬЕ — день недели, противопоставленный остальным дням как праздник будням. В большинстве славянских языков и диалектов название этого дня (неделя) восходит к выражению со значением «не делать, не работать». В русском (из церковнославянского) воскресенье закреплена память о дне Воскресения Христова. По сербским верованиям, каждое В. — «малая Пасха». Вместе со средой, субботой, а в части языков и пятницей, В. образует серию «женских» дней; наделяется женской символикой и персонифицируется в образе св. Недели. Особая близость В. к пятнице объясняется христианским мотивом, связывающим день смерти и день воскресения из мертвых (по сербским представлениям, пятница — мать В.).

В народной традиции В. - сакральное время, посвященное Богу, «божий день». В В. ходили в церковь, к святым местам — источникам, деревьям, камням; считали этот день особенно благоприятным для магических способов лечения, предсказаний и т. п.

Повсеместно действовал запрет на хозяйственные и домашние работы в В., обычно вступавший в силу еще с субботы и снимавшийся лишь в понедельник после восхода солнца. Нарушение запрета считалось большим грехом. По хорватским верованиям, запрет вызван тем, что «у всех святых есть руки, а у Недели их нет, поэтому работать грех». Особенно строго запрещалось прядение и тканье; нельзя было в ночь на В. оставлять на виду инструмент и пряжу, т. к. считалось, что св. Неделя приходит ночью и жалуется, что не соблюдавшие запрета женщины «колют ее веретенами», «прядут ее волосы» и т. п. (восточные славяне). В сербском средневековом поучении содержится запрет кроить одежду в В.: «Если скроишь в воскресенье, толку не будет, в муках и страданиях износишь и изорвешь эту одежду». В Черногории избегали даже вдевать нитку в иголку, чтобы не испортить зрение. В В. женщинам запрещалось также стирать белье, расчесывать волосы, ибо это «сокращает жизнь мужьям» (Босния) или «лишает их волос» (украинцы), мыть голову. На Украине, в Купянском уезде (Харьковская губ.), считали большим грехом рубить что-нибудь топором, даже щепок нельзя было наколоть, а следовало их отламывать. Верили, что полено, отрубленное в В., через семь лет само загорится и сгорит. В западной Белоруссии не смели в В. даже выбрасывать пепел из печи, считая, что от этого могут появиться вши. Великим грехом считалось в В. точить ножи, т. к. это означает «перепиливать в аду цепь, на которой сидит Люцифер» (западная Белоруссия).

Вместе с тем в В. не запрещалось и даже предписывалось совершать некоторые ритуальные и символические виды работ, например первую пахоту, сев, первый выгон скота на пастбище, закладку нового дома и т. п. Не запрещалась также работа в пользу нуждающихся — вдов, сирот, больных (толока, моба и т. п.). Не считалась грехом и работа вынужденная, необходимая для спасения урожая, скота и т. п.

Украинцы Полтавщины старались именно в В. посадить курицу на яйца; лужичане считали, что в В. «хорошо отлучать теленка от вымени».

Положительная оценка В. отражена в верованиях о судьбе родившихся в этот день: они будут долго и счастливо жить (лужичане, поляки). В Польше считали, что родившийся в В. обладает даром видеть умерших и общаться с ними. Однако на Холмщине полагали в соответствии с этимологией, что такие люди бывают ленивыми. Сербы также считают их плохими работниками. По болгарским представлениям, родившийся в В. должен любить чтение, стать учителем или попом.

По украинским верованиям, в ночь под В. можно обезвредить ведьму, для чего следует подойти к глухой стене ее дома, обернуться, подуть, плюнуть три раза и «дать туда дулю».

Значительно реже встречается отрицательная оценка В.: по лужицким представлениям, заболевший в В. не поправится; поляки верят, что утопленники, обитающие в водоворотах, особенно активны в воскресный день.

В народном календаре к наиболее почитаемым В. относятся: Светлое воскресенье (Пасха), Фомино воскресенье, Троица, Прощеное воскресенье (см. Масленица), Вербное воскресенье. У сербов В. на «младой» неделе, т. е. в первую неделю новолуния, считается опасным, страшным днем, его боятся больше других, остерегаются даже месить хлеб. Белорусы в такой день стараются не пропустить церковную службу и особенно строго соблюдают запрет на работу, даже в лес по грибы не ходят, тогда как в другие В. могут и на сено поехать. Вместе с тем именно в этот день старались начать осеннюю пахоту (Горня Пчиня), заключить побратимство. Девушки в такое В. гадали о суженом.

Лит.: Веселовский А.Н. Опыты по истории христианской легенды // Журнал Министерства народного просвещения. СПб., 1876. Т. 184.

С.М. Толстая

ВТОРНИК — день недели, получающий у западных и восточных славян положительную, а у южных славян — отрицательную оценку.

В западно- и восточнославянской традиции во В. или в субботу было принято начинать пахоту, сев, жатву и другие хозяйственные работы. Нередко В. избирался днем сватовства (у белорусов) или свадьбы (у кашубов). У южных славян, напротив, В. считается самым неблагоприятным днем недели, то же часто на Карпатах. Его называют слабым, несчастным, тяжелым, считают, как и субботу, днем мертвых, поэтому во В. не начинают никаких дел. В Боснии и Македонии это объясняли тем, что во В. есть один очень опасный час, но никто не знает, какой именно. По В. и пятницам запрещалось стирать и вообще иметь дело с водой, т. к. это грозило градобитием (сербы, болгары). Однако заговариванием, колдовством и порчей предпочитали заниматься именно в этот день, особенно если это В. на ущербе месяца (Пожега). В районе Болевца во В. не справляли свадеб, не крестили детей, называли В. несчастливым днем; считали, что умерший во В. может вызвать («повторить») смерть в селе в следующий В. (ср. македонское вторник-повторник). В Хомолье во В. не отправлялись в путь, не переселялись в новый дом. В Шумадии избегали начинать или завершать работу во В., заключать сделки и особенно воздерживались от занятий с пчелами. Вторником называли неудачливого, беспомощного, глупого человека; словенцы говорили, что такой человек родился во В. Сербы приписывали поражение в Косовской битве в 1389 г. тому, что она произошла во В. Между тем в отдельных селах Косова В. считается благоприятным для начала сева и посадок.

В болгарской традиции В. имеет устойчивую отрицательную оценку. В Пловдивском крае замужние женщины остерегались в этот день стирать, мыть голову и т. п. из страха овдоветь, мужчины же старались не бриться по той же причине. Повсюду в Болгарии не начинали никакой работы: не сеяли во избежание неурожая, не сажали деревьев, чтобы они не оказались бесплодными. Если во В. рождался ягненок (теленок и т. п.), его закалывали, опасаясь, что он принесет несчастье всему стаду. Македонцы верили, что заболевший во В. не поправится; особенно боялись вторничной лихорадки.

В народном календаре есть несколько В., отмеченных специальными названиями и ритуалами. У славян-католиков масленичный В. - канун Великого поста, завершение и кульминация масленичных гуляний, забав, карнавала, магических танцев «на лен, коноплю, репу» и т. п. Во многих областях Сербии праздновали девятый В. от Рождества из страха перед болезнями и громом. В сербском народном календаре известны также Водный В. - на пасхальной неделе, Белый В. - на масленой или на троицкой неделе, Черный В. - после Юрьева дня, Песий В. - после Рождества или между Вознесением и днем св. Петра и Павла, Хромой В. - на второй неделе Великого поста, Великий — на Страстной неделе, молодой — в новолуние и др.

«Черный» вторник — в болгарском народном календаре — В. на Тодоровой неделе, первой неделе Великого поста. Считается первым и самым опасным из всех «дурных» В. Родившийся в этот день, по поверью, становился несчастным; о неудачнике говорят: «родился в черный вторник». В некоторых районах Болгарии этот день называется Сухой вторники празднуется во избежание засухи. В Пиринском крае этот день назывался Куцый, Кривой или Плохой вторник: женщины не делали никакой ручной работы, предназначенной для мужчин, не шили, не вязали, чтобы не навредить скоту. В восточной Сербии этот день назывался Глухой вторник и праздновался из страха перед глухотой. В юго-восточной Сербии и смежных районах Македонии первая неделя поста называлась Луда (Безумная), а В. — Луд(Безумный) вторник — в этот день старались не работать из опасения сойти с ума. В Буджаке черными назывались три В.: на масленой, Тодоровой неделе и перед Юрьевым днем. Их праздновали «ради скота», не доили коров и овец.

В Польше (отчасти и на Украине) отмечался В. на пасхальной неделе: девушки обливали парней за то, что те обливали их накануне. В некоторых районах к этому дню был приурочен обряд «маик» или «гаик»: молодежь ходила по селу с украшенным деревцем, поздравляя хозяев с приходом «нового лета».

У восточных славян к значительным датам календаря может быть отнесен лишь В. на Фоминой неделе после Пасхи — Радуница, главный поминальный день в году. У белорусов на Пинщине известен еще В. после Троицы, называемый Лошадиной пасхой (Конскi вялiк-дзень): лошадей освобождали от работы, в конюшнях вешали свечи «за здоровье лошадей». Другие В. года отмечены преимущественно гаданиями и приметами.

С.М. Толстая

ДМИТРИЕВ ДЕНЬ — день памяти св. Димитрия Солунского, отмечаемый православными 26.X/8.XI.

Д. д. считался началом полугодия, называемого у сербов митровско и продолжающегося до Юрьева дня, который открывал второе, джурджевско (т. е. юрьевское), полугодие. Пограничный характер праздника отразился в поверье, согласно которому в ночь на Д. д. (как и на Юрьев день) ведьмы сбрасывают с неба луну, превращают ее в корову и доят.

Д. д. был началом зимы, ср. календарные приметы: «В Дмитриев день зима лезет на плетень» (рус.); «Пришел к нам святой Дмитрий на белом коне». По болгарскому поверью, в Дмитриев день «дядо Димитър» тряс своей белой бородой и из нее сыпался первый снег.

У южных славян Д. д. считался основной хозяйственной границей года, отделяющей летнюю его часть от зимней. День, следующий за Д. д., назывался во многих местах разпус. Тогда заканчивались сроки долговых обязательств и хозяйственных договоров, наниматели расплачивались за полгода работы со слугами, овчарами, пастухами, после чего заключались новые договоры на следующую половину года. В Македонии в Д. д. в селе устанавливали новый деревянный календарь, на котором обозначали размеры долгов, а также имена должников и заимодавцев. Д. д. обозначал также завершение скотоводческого года, начинающегося в день св. Георгия, а сами святые Юрий и Димитрий считались покровителями скота. В связи с этим овчары, чабаны и пастухи устраивали празднества в корчме, которые длились несколько дней, кололи курбан, посещали «сборы» в соседних селах.

У восточных славян Д. д. отмечал завершение осеннего брачного сезона, т. к. только до этого дня (в преддверии рождественского поста и последующих праздников) можно было засылать сватов. «Святы Змiцер — ён на ўсiх хiцер: салады салодзiць, пiва робiць, сыноў жэнiць, дачок выдаець»; «До Дмитра дiвка хитра, а по Дмитрi хоч за старця, аби не остаться». В канун Д. д. отмечали Дмитровскую субботу, на которую приходились основные осенние поминки по умершим (см. «Деды»).

Следующий за Д. д. день св. Нестора у болгар и сербов принадлежал к «мышиным» праздникам. В Лесковацкой Мораве в сам Д. д. совершалось ритуальное изгнание мышей. У сербов Косова Поля 27.Х/9.XI, в день, называемый «слугой святого Димитрия», запрещалось открывать сундуки, чтобы у змей не раскрывались пасти. В некоторых регионах Д. д. связывался с волчьей темой. У восточных славян считалось, что с Д. д. до весеннего Юрьева дня «волки распущены» и потому нападают на скот. К Д. д. приурочены запреты шить, кроить полотно, прясть, ткать, чесать шерсть, работать со скотом, чтобы избежать нападения волков на овчаров и на стадо.

Т.А. Агапкина